18+   

Обсуждения изменения ст 110 УК РФ

Законопроект № 118634-7
«О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальной кодекс Российской Федерации в части установления дополнительных механизмов противодействия деятельности, направленной на побуждение детей к суицидальному поведению»
Согласно неоднократно выраженной позиции Конституционного Суда Российской Федерации, правовая норма должна быть определенной, ясной, недвусмысленной и согласованной с системой действующего законодательства.
Таким образом, при анализе предлагаемых законодателем изменений в ст. 110 УК РФ, а также инициированных к внесению в УК РФ статей 110.1, 110.2, 110.3 мы исходили из принципов определенности, ясности, недвусмысленности, а также согласованности с системой действующего законодательства.
Проведенный анализ показал следующее.
I. С точки зрения лингвистики. Следует отметить, что указанные дополнения написаны на русском, т.е. государственном, языке, который в соответствии с п. 5 ч. 5 ст. 3 Федерального закона от 01.06.2005 N 53-ФЗ (ред. от 05.05.2014) "О государственном языке Российской Федерации" подлежит обязательному использованию при официальном опубликовании законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.
Предлагаемые к введению положения не удовлетворяют принципам определенности, ясности, недвусмысленности по следующим основаниям.
1. Положение, зафиксированное пунктом д ст. 110, содержащее значение однократности / бессистемности: «деяния, совершенные в публичном выступлении [единственное число. – Примечание специалиста], публично демонстрирующемся произведении [единственное число. – Примечание специалиста], средствах массовой информации или информационно телекоммуникационных сетях (включая сеть "Интернет")», в логико-семантическом (смысловом) отношении не соотносимо с положением, зафиксированном частью первой ст. 110, которое имеет значение многократности / длительности / системности совершаемых действий: «Доведение лица до самоубийства или до покушения на самоубийство путем угроз [множественное число. – Примечание специалиста], жестокого обращения [многократность действия. – Примечание специалиста] или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего [системность, т.е. повторяемость, действий. – Примечание специалиста]…».
    2. Согласно указанным выше основаниям, положение, отраженное в п. д ст. 110.1 в качестве отягчающего обстоятельства:  «в публичном выступлении [единственное число. – Примечание специалиста], публично демонстрирующемся произведении [единственное число. – Примечание специалиста], средствах массовой информации или информационно телекоммуникационных сетях (включая сеть "Интернет")», имеющее значение однократности / единичности / бессистемности, в логико-семантическом аспекте не коррелирует с положениями, отраженными как в части 1 ст. 110.1  – «Склонение к совершению самоубийства путем уговоров [множественное число. – Примечание специалиста], предложений [множественное число. – Примечание специалиста], подкупа, обмана или иным способом при отсутствии признаков доведения до самоубийства…», так и в части 2 ст. 110.1 – «Содействие совершению самоубийства советами [множественное число. – Примечание специалиста], указаниями [множественное число. – Примечание специалиста], предоставлением информации, средств или орудий совершения самоубийства либо устранением препятствий к его совершению, а также обещанием скрыть средства или орудия совершения самоубийства…», имеющими значение многократности / длительности / системности совершаемых действий.
3. Формулировка ст. 110.1 Склонение к совершению самоубийства путем уговоров, предложений, подкупа, обмана или иным способом, а также ст. 151.2 в части при отсутствии признаков доведения до самоубийства не несет в себе ясности, а следовательно, понятности: т.е. при отсутствии угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего (как квалифицирующих признаков доведения до самоубийства в соответствии с действующей редакцией ст. 110) или при отсутствии повторяемости / многократности / системности указанных квалифицирующих признаков, или каких-либо иных признаков? Какое именно толкование спорной фразы «заложено» законодателем, установить не представляется возможным.
    4. Части 1 и 2 ст. 110.1 содержат такие понятия, т.е. квалифицирующие признаки, как: уговоры, предложения – «Склонение к совершению самоубийства путем уговоров, предложений, подкупа, обмана или иным способом…»  (ч.1.),  и советы, указания – «Содействие совершению самоубийства советами, указаниями, предоставлением информации… (ч.2).
4.1. Согласно определениям указанных понятий, содержащимся в Толковом словаре русского языка (Ожегов С.И., Шведова Н.Ю., 2016),
под уговорами (мн. число) следует понимать «советы, наставления»;
под советом, в свою очередь, следует понимать «мнение, высказанное кому-н. по поводу того, как ему поступить, что сделать; наставление, указание».
Таким образом, часть 1 (склонение) и часть 2 (содействие) содержат близкие синонимы (т.е. одинаковые по значению понятия), которые выступают в качестве квалифицирующих признаков, что делает практически невозможным разграничение склонения и содействия. По какой части квалифицировать деяние, если оно имеет один и то же квалифицирующий признак?
4.2. Понятия «предложения» и «указания» не имеют однозначного толкования.
Так, понятие «предложение» следует толковать по глаголу «предложить» – кому. 1. кого-что или с неопр. Высказать мысль о чём-н. как о возможном; представить на обсуждение как возможное. П. новый проект. П. оригинальное решение задачи. П. построить дом. П. кого-н. на место председателя. 2. что. Спросить, задать. П. вопрос. П. задачу. 3. кого-чтo. Предоставить в чьё-н. распоряжение. П. свои услуги. П. интересную работу. П. кого-н. в помощники. 4. с неопр. Потребовать, предписать что-н. сделать. Предложили закончить работу в недельный срок [См. Толковый словарь русского языка, С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой, 2016].
Понятие «указание» имеет определение «наставление, разъяснение, указывающее, как действовать» или по глаголу «указать» – 1. на кого-что. Движением, жестом обратить внимание на кого-что-н. У. пальцем, рукой. У. указкой на карте. У. на ошибку (перен.). 2. кого-что. Дать узнать, показать, назвать для сведения. У. путь. У. необходимые пособия. 3. что. Установить, определить. У. срок уплаты. В указанный срок. 4. кому. Объявить порицание (разг.). Коменданту указали за беспорядок. Ему строго указано [См. Толковый словарь русского языка, С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой, 2016].
Таким образом, использование указанных многозначных понятий в еще большей мере «размывает» толкование положений, зафиксированных в ч. 1 и ч. 2 статьи 110.1, предлагаемой к введению в УК РФ.
4.3. Особое внимание следует обратить на используемое в ч.2 ст. 110.1 понятие «предоставление»: «Содействие совершению самоубийства советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения самоубийства либо устранением препятствий к его совершению, а также обещанием скрыть средства или орудия совершения самоубийства…».
Существительное «предоставление» толкуется по глаголу «предоставить» и имеет следующие значения:
Согласно Толковому словарю русского языка С.И. Ожегова (2016):
1. кого-что кому. Отдать в распоряжение, пользование. П. комнату кому-н. П. кого-н. самому себе (дать возможность делать, решать самому).
2. кому что или с неопр. Дать какое-н. право, возможность. П. отпуск. П. решить самому. П. кому-н. слово (разрешить высказаться). II несов. предоставлять, -яю, -яешь. II сущ. предоставление, -я, ср.
Согласно Толковому словарю русского языка Д.Н. Ушакова (2014):
1. кого-что кому-чему и во что. дать в пользование, сделать доступным для пользования, дать кому-н. возможность обладать кем-чем-н. Евгений, тяжбы ненавидел,...наследство предоставил им (заимодавцам). Пушкин. Предоставить кому-н. все удобства. Предоставить возможность. Предоставить место. Временно предоставить. свою комнату в чье-н. распоряжение.
2. кому-чему что и с инф. дать возможность что-н. сделать, чем-н. распорядиться. Предоставим ему (самому) решить этот вопрос. Предоставить кому-н. решение вопроса. Предоставить кому-н. слово. Предоставить что-н. чьему-н. усмотрению. Так Миша и ушел, предоставив мне размышлять о превратностях судеб человеческих. Тургенев. Предоставить самому себе (книжн.) - 1) дать возможность кому-н. располагать своим временем или вести себя по его собственному усмотрению; 2) оставить кого-н. без присмотра, попечения, перестать заботиться о ком-чем-н.
Таким образом, под «предоставлением информации, средств или орудий совершения самоубийства» может пониматься неограниченный круг действий.
    5. Ст. 110.2 также имеет широкое толкование, в частности, в связи с использование понятия «побуждение» (граждан). В русском языке побуждение (провокация) к каким-либо действиям может быть выражена в форме приказа, просьбы, предостережения, протеста, угрозы, призыва, приглашения к совместному действию и т. д.
Анализа работ, посвященных вопросам типологизации речевых актов, имеющих императивную (побудительную) модальность (Е.И. Беляевой, О.В. Богемовой, Н.И. Формановской, Ц. Саранцацрал, Е.А. Филатовой, В.Е. Иосифовой и Л.А. Бирюлина), показал, что большинство исследователей выделяет следующие типы побудительных речевых актов (ПРА): приказ/ приказание, просьба, мольба, предупреждение, совет, разрешение, запрещение/ запрет, предложение/ предлагание, требование, рекомендация, предостережение. К побудительным речевым актам относят также инструкцию, намек, призыв и др.
При использовании столь многозначно трактуемого понятия в качестве квалифицирующего признака открывается слишком широкое поле для применения как ст. 110.1., так и ст. 110.2.
6. Положения части 4 и части 5 статьи 110.1 дублируют статью 110, что лишает ясности и однозначности понимания содержание ст. 110, т.к. по сути частями 4 (четвертой) и 5 (пятой) статьи 110.1 статья 110 дополняется «новыми» квалифицирующими признаками.
7. Широкое поле для применения ст. 110.2 открывается в связи с применением в качестве квалифицирующего признака уголовно наказуемого деяния «распространение информации о способах совершения самоубийства» в связи отсутствием определения понятия «информация о способах самоубийства». Таким образом, не представляется возможным дать однозначный ответ на вопрос, является ли упоминание таких понятий, как «повешение», «перерезание / вскрытие вен», «прыжок / прыгнуть с высоты», «выброситься из окна», «утопление», «самосожжение» и др. способы, которые встречаются на страницах классической художественной литературы, в СМИ, в специальных медицинских изданиях и т.п., «распространением информации о способах совершения самоубийства», либо под «распространением информации о способах совершения самоубийства» все же следует понимать «распространение информации о порядке / последовательности совершения действий, о применении средств / устройств / приспособлений, о выборе времени / места / условий, об определении доз / сочетаемости препаратов, необходимых / достаточных для наступления смерти».
8. Безграничное поле для применения ст. 151.2 открывает использование словосочетания «или иным способом» при указании способов склонения или «иного» вовлечения «несовершеннолетнего в совершение противоправных действий, заведомо для виновного представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего». При этом, понятие «иное вовлечение» также открывает безграничное поле для толкования.
9. Следует также отметить наличие грамматических ошибок.
9.1. Так, в ч. 3. ст. 110.1 понятие «деяния», используемое в форме множественного числа (показатель окончание множественного числа -я), не согласуется с понятием «наказывается», используемое в форме единственного числа -ет): «Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей  статьи, совершенные, <…> наказывается».
9.2. Также и в ч. 4. ст. 110.1 понятие «деяния», используемое в форме множественного числа (показатель окончание множественного числа -я), не согласуется с понятием «наказывается», используемое в форме единственного числа -ет): Деяния, предусмотренные частью первой или второй настоящей статьи, если они повлекли самоубийство лица или покушение на самоубийство, наказывается…».

II. С точки зрения согласованности с системой действующего законодательства
В случае внесения вышеуказанных изменений положение лиц, совершивших и совершающих общественно опасные деяния, запрещенные Уголовным кодексом Российской Федерации под угрозой наказания, существенно улучшается, вплоть до полного освобождения их от уголовной ответственности за уже совершенные и совершаемые преступления.
Для наглядности рассмотрим следующий пример. Лицо, достигшее ко времени совершения преступления возраста уголовной ответственности (далее лицо), желает причинить смерть другому человеку – малолетнему или иному лицу, заведомо для виновного находящемуся в беспомощном состоянии (далее жертва).
С этой целью лицо передает жертве заряженный пистолет с взведенным курком. После этого, когда жертва взяла в руки пистолет, лицо дает указание жертве направить пистолет на себя (на жертву) и нажать на спусковой крючок, уверяя при этом жертву в том, что никаких негативных последствий для нее не наступит. Либо путем уговоров, подкупа уговаривает жертву совершить указанные им действия, и жертва совершает эти действия, чем причиняет себе смерть.
В данной ситуации лицо, используя беспомощное состояние жертвы – ребенка, который по своему психическому развитию и психическому состоянию не понимает характер и значение совершаемых с ним действий и не может оказывать сопротивление, используя приемы психологического воздействия и манипулирования, причиняет последнему смерть, давая на это указание, которое по изложенным причинам исполняется ребенком.   
В соответствии с действующим Уголовным кодексом Российской Федерации подобные деяния квалифицируются по пункту «в» части 2 статьи 105. За совершение данного преступления предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 8 до 20 лет с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет, либо пожизненным лишением свободы, либо смертной казнью, то есть самое строгое наказание.
С внесением указанных изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации возможность квалифицирования подобных деяний по статье 105 исключается. Лица, уже совершившие и совершающие таким образом убийства, не будут подлежать уголовной ответственности за совершение указанных деяний, и, соответственно, избегут наказания за их совершение, т.к. закон обратной силы не имеет.
При этом неверной является позиция законодателя относительно того, что подобные действия виновных лиц, совершающих убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, должны расцениваться как склонение к самоубийству или содействие совершению самоубийства.
По мнению законодателя, лица, совершившие таким образом убийства, после вступления в силу изменений должны нести менее строгое наказание, что для виновных является амнистией.  
В свою очередь, наказание необходимо для восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения новых преступлений, и эти цели с внесением указанных изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации не будут достигаться.  
Приведенный выше пример имеет прямое отношение к совершаемым преступлениям в отношении малолетних, несовершеннолетних или иных лиц, заведомо для виновных находящихся в беспомощном состоянии, в настоящее время, в том числе с использованием сети «Интернет».
При этом вышеописанный способ не является единственным. Подобными способами являются, в том числе, указания жертвам прыгнуть с большой высоты, лечь на железнодорожные пути перед проходящим поездом, перебежать дорогу перед движущимся автомобилем, повеситься, отравиться, сделать глубокие порезы на руках и т.д.
Указания жертвам о причинении себе смерти передаются посредством телефонной связи, популярных систем мгновенного обмена текстовыми сообщениями для мобильных или иных платформ с поддержкой голосовой связи, например: «WhatsApp», социальных сетей, например: «ВКонтакте».
Лица, совершающие подобные преступления, действуют с прямым умыслом и преследуют исключительно цель причинения смерти другому человеку / двум и более лицам, которыми являются наиболее незащищенные граждане Российской Федерации – малолетние, несовершеннолетние или иные лица, заведомо для виновных находящиеся в беспомощном состоянии.     
Доведение до самоубийства, склонение к самоубийству и содействие совершению самоубийства указанной категории граждан является убийством, так как по своему психическому развитию и психическому состоянию они не понимают характер и значение совершаемых с ними действий и не могут оказывать сопротивление, то есть находятся в беспомощном состоянии.
Кроме этого деяния, предусмотренные статьями 110.1, 110.2 и 151.2, предлагаемые законодателем для дополнения Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с действующим уголовным законодательством не являются и не могут являться преступлением, поскольку лицо, в отношении которого совершаются указанные деяния, то есть потерпевший, исходя из содержания приведенных статей, выступает соучастником этих деяний.
Уголовным кодексом Российской Федерации не предусмотрена уголовная ответственность за самоубийство или покушение на самоубийство, и соответственно склонение к совершению указанных действий не может являться преступлением, как, например, не может являться преступлением склонение потерпевшего к совершению мошенничества в его же отношении и т.п., поскольку такая формулировка является абсурдной. Т.е. в соучастии с потерпевшим нельзя совершить преступление в отношении самого потерпевшего.
Уголовная ответственность для соучастников наступает в случае, если склоняемое лицо склоняется к совершению уголовно наказуемого деяния. Самоубийство не образует состава преступления, т.е. не является уголовно наказуемым деянием, что исключает возможность привлечения соучастника, т.е. того, кто склоняет и (или) содействует совершению самоубийства либо является «ассистентом» совершения ассистированного самоубийства (эвтаназии), к уголовной ответственности (в том числе по ст. 105).
Таким образом, внесение указанных изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации не отвечает требованиям, установленным Конституцией Российской Федерации, ведет к умалению и ограничению прав и свобод человека, противоречит и прекращает действие уже принятых норм (статей) уголовного закона, исключает возможность назначения справедливого наказания лицам, виновным в совершении преступлений, нарушает права потерпевших, которым преступлением причинен вред, и лишает их права на доступ к правосудию.
III. С точки зрения правоприменения
1. Предлагаемые законодателем формулировки, не имеющие, как установлено, однозначного толкования, а следовательно, не несущие в себе ясности, имеют все шансы для широкого применения, что усугубляется отсутствие высококвалифицированного экспертного сообщества (в особенности в регионах), «анонимностью» экспертов, которые в настоящее время проводят исследования на предмет содержания суицидальной информации, на основании заключений которых блокируются ресурсы, содержащие не только суицидальную, но и антисуицидальную информацию. При вступлении в силу предлагаемых законодателем статей, владельцы ресурсов, а также авторы контента, направленного на профилактику суицидов, деромантизацию и (или) дегероизацию, демистификацию самоубийства, в том числе путем объяснения истинных последствий таких действий, включая инвалидизацию, для суицидентов, будут подлежать уголовной ответственности по ч.2 ст. 110.2, в соответствии с которой совершение деяний «группой лиц по предварительному сговору или организованной группой», с использованием сети Интернет является отягчающим обстоятельством, за которое предусмотрено более тяжелое наказание. Следовательно, на основании экспертиз на предмет «безопасности» того или иного контента, проведение которых должно осуществляется комиссией экспертов, имеющих специальные знания в таких областях, как: лингвистика, психология, педагогика, социология, культурология и др., а также опыт судебно-экспертной деятельности, но в настоящее время осуществляется «анонимными» экспертами, квалификация которых, как и наличие соответствующего образование, вызывает сомнение, любым лицам, осуществляющим совместную деятельность, направленную на предупреждение деструктивного поведения, в том числе суицидального, грозит лишение свободы сроком до 6 (шести) лет (!).
2. Инициируемые к внесению в Уголовный кодекс Российской Федерации изменения, в предложенной законодателем формулировке создают широкое поле для манипулирования как со стороны детей, так и со стороны взрослых. Так, ребенок, по отношению к которому были применены методы педагогического воздействия со стороны родителей, может интерпретировать данные обстоятельства как склонение к самоубийству / содействие суициду с целью получения какой-либо выгоды (разрешения больше времени проводить в сети Интернет, получения гаджетов, и др.); объектом манипуляции со стороны учеников могут стать учителя / преподаватели с целью получения более высоких оценок и др.; при расставании пары, в том числе супружеской, одна из сторон (супруг / супруга, парень / девушка) может использовать инициированные для внесения в УК РФ положения с целью удержания второй стороны либо получения материальной выгоды (увеличения доли совместно нажитого имущества, объема содержания, установления постоянного места жительства ребенка / детей) путем угрозы привлечения к уголовной ответственности по ст. 110.1, ч. 1. или 2, и т.п. При это следует отметить, что согласно данным, полученным из научных источников, подавляющее большинство совершаемых суицидальных попыток имеют манипулятивную природу с целью получения каких-либо, в том числе психологических, выгод.
3. Принимая во внимание тот факт, что около 20% суицидентов имеют различного рода психические заболевания, инициированные законодателем положения, имеющие столь широкие трактовки, при отсутствии государственной программы профилактики суицидов (суицидального поведения), сокращении мест в психиатрических больницах, закрытии психиатрических, в том числе детских, больниц, ставят врачей (суицидологов), психологов (в том числе школьных), учителей / преподавателей, и др. лиц, работающих с подобного рода контингентом, в заведомо зависимое от непредсказуемости психически неустойчивых лиц положение. В случае совершения самоубийства или попытки самоубийства указанными лицами, подозреваемым в первую очередь становится тот, кто последним коммуницировал с суицидентом, включая родных и близких. Из «психологии горя» известно, что человек в горе может иметь обостренное чувство вины, признать даже вину, которая не существует, оговорить себя – таким образом, в наиболее уязвимом положении, оказываются в первую очередь родители, которые в состоянии горя способны взять вину за смерть ребенка на себя.
4. При, так называемой, «палочной системе», согласно которой работа оценивается по числу раскрытых преступлений и пресеченных правонарушений, что усугубляется исключением участия высококвалифицированных экспертов, в том числе в связи с их немногочисленностью, под уголовную ответственность могут попасть и продавцы веревок, ножей и любых др. предметов, которые могут стать орудием совершения самоубийства; и работники коммунальных служб, не закрывшие двери / люки, ведущие на крыши / балконы; и родители, которые, будучи уверенными в своих педагогических талантах либо не имея возможности предугадать реакцию ребенка, например, могут ответить на угрозу со стороны ребенка выброситься из окна, если ему не будет куплен новый смартфон, не пустят на вечеринку и т.д., призывом «Прыгай!», и при этом открыть окно (отметим, что данный пример основан на реальных событиях, которые, к сожалению, закончились трагедией – ребенок прыгнул!); и многие другие лица.
5. При условии принятия ст. 151.2. помимо возникновения ее конкуренции, в частности, со статьями 212 "Массовые беспорядки" и 230 «Склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов» УК РФ, что отмечено в официальном отзыве Правительства Российской Федерации, ст. 151.2 теряет актуальность в том случае, если склонение или иное вовлечение несовершеннолетнего в совершение противоправных действий будет осуществляется также несовершеннолетними, которых с целью избежания уголовной ответственности могут привлекать лица, достигшие восемнадцатилетия.   
Таким образом, предлагаемые законодателем изменения в УК РФ являются недееспособными в отношении истинных организаторов действий, направленных на склонение или содействие совершению самоубийства, которые, как известно, могут находится за границей, либо «изменять» свои IP-адреса при помощи различных технических средств, а также совершать иные действия, позволяющие избежать ответственности за свои деяния.
Многозначные термины позволяют считать преступлением даже те действия, которые по сути общественно опасными не являются (двусмысленные шутки, намеки, эмоциональные высказывания и др. Например: «Убей себя об стену!», «Лучше застрелиться!», «Что б ты сдох!» и т.п.).
Широкое поле для толкования создает почву злоупотреблений среди работников правоохранительных органов, т.е. для коррупционных проявлений, что может использоваться как средство давления на бизнес и отдельных лиц.
IV. С точки зрения социальных последствий (социальный эффект).
Принятие предлагаемых изменений ведет:
– к росту преступности, в особенности детской, т.к. основными участниками, так называемых, «групп смерти» и подобных интернет-коммуникации, имеющих деструктивную направленность, являются подростки; при этом не следует забывать и о «репостах», рассматриваемых, как показывает правоприменительная практика, по ст. 282, 280 и др., вне зависимо от контекста, в качестве преступного деяния;
– различного рода манипуляциям и (или) спекуляциям со стороны детей в отношении родителей, что влечет за собой увеличение не только уровня «родительской» преступности, но и социального сиротства детей, оставшихся без попечения родителей в связи с привлечением их к уголовной ответственности по предлагаемым законодателем статьям;
– созданию оснований для привлечения родителей, дети которых играют в деструктивные «игры», подобные играм «Синий кит», «Беги или умри» и т.п., из-за якобы «недостатка внимания со стороны родителей», к ответственности, в том числе уголовной, за ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, что может стать основанием для «изъятия» ребенка из семьи;   
– увеличению доли заключенных, находящихся на содержании государства за счет налогоплательщиков, что увеличивает нагрузку на трудоспособное население;
– отказу со стороны различных, в том числе общественных (кибердружины и т.п.), организаций, а также частных лиц, в том числе профессионалов, от ведения профилактической и (или) иной деятельности, направленной на противодействие суицидальному поведению среди различных категорий населения;
– а следовательно, росту коэффициента суицидов, в том числе среди трудоспособного населения, на которое, согласно статистике, приходится наибольшая доля самоубийств, что ведет к увеличению уровня смертности, и, соответственно, уменьшению доли трудоспособного населения; «незавершенные» попытки совершения суицида являются причиной инвалидности, т.е. ведут к увеличению количества людей с ограниченными возможностями, нуждающихся в социальной поддержке государства, а соответственно, уменьшению доли здорового трудоспособного населения и необходимости увеличения объема субсидирования, что, в свою очередь, влечет увеличение демографической нагрузки на трудоспособное население и негативно сказывающееся на уровне социально-экономического благополучия государства в целом.
Итог – увеличение уровня криминализации российского общества, рост социальной напряженности, и, как следствие, протестных настроений, снижение уровня социально-экономического благополучия государства.
Таким образом, причиной совершения деяний, направленных на пропаганду самоубийства, в том числе среди несовершеннолетних, является не отсутствие законов, предусматривающих уголовную ответственность, а отсутствие комплексного подхода к решению данной социальной проблемы, направленного в первую очередь на предупреждение деструктивного поведения среди различных категорий населения, включая несовершеннолетних.    
В связи с вышесказанным полагаем необходимым совершенствование механизма правоприменения уже существующих норм, в том числе увеличение штрафных санкций за распространение информации, побуждающей детей к совершению действий, представляющих угрозу их жизни и (или) здоровью, в том числе к причинению вреда своему здоровью, самоубийству, в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2010 N 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», а также  ст. 6.17. КоАП РФ «Нарушение законодательства Российской Федерации о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию», а не продуцирование новых, предполагающих внесение изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации, но при этом не согласованных с системой действующего законодательства

Законопроект № 118707-7
«О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных механизмов противодействия деятельности, направленной на побуждение детей к суицидальному поведению»
    При внесении предлагаемых законодателем изменений в Федеральный закон от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» считаем обязательным условием внесение в ст. 1 (Основные определения) определения понятия «противоправные действия».

Наши группы  в социальных сетях




Помочь проекту

Полученные средства направляются на работу по защите детей и оказанию необходимой помощи.
Пожалуйста укажите сумму пожертвования на этой странице,
при переходе в платежную систему ее   изменить будет нельзя.